Блиц-визит директора ЦРУ Джона Рэтклиффа в Москву в конце августа казался неким новым явлением в американо-российской дипломатии. Однако ход последующих событий подтвердил, что главной темой переговоров с Вашингтоном был и остается украинский конфликт. 5 сентября представители американского президента Стив Уиткофф и Джаред Кушнер вновь приехали в Москву, а на следующий день – в Киев.
Это третий совместный визит Уиткоффа и Кушнера в Москву после возвращения Трампа в Белый дом. Предыдущие раунды очных переговоров проходили в декабре 2025 и в конце января 2026 года. Текущие ожидания и цели трёх сторон от визита американских переговорщиков существенно различаются, но тем не менее стороны возвращаются за стол переговоров после длительной паузы.
Внезапные визиты американских переговорщиков, по мнению Вашингтона, призваны сдвинуть процесс мирного урегулирования украинского конфликта. Вот только как это сделать, если обе стороны остаются на своих позициях?
Эксперты считают, что в Москве и Киеве обсуждались несколько основных принципов мирного урегулирования на Украине.
Первый: полное прекращение огня и создание буферной зоны.
Обе стороны прекращают огонь, и ВСУ выходят из контролируемых Киевом территорий Донбасса. Тем более что их осталось немного – меньше 15% площади. Взамен Россия обяжется не вводить туда своих военных, а в буферной зоне может появиться миротворческий контингент ООН. Вдобавок новые российские регионы и Крым юридически признаются территориями РФ, в том числе со стороны киевской власти.
Второй: проведение выборов и референдума по изменению конституции.
На Украине проводятся президентские выборы и референдум. Выборы призваны вернуть легитимность киевской власти и запустить процесс обновления всех представительских органов – от парламентской до местной.
С референдумом все намного сложнее. Здесь требуется решить вопросы по нескольким важным пунктам. Во-первых, убрать из конституции положения о вступлении Украины в НАТО, которые вносились туда Верховной радой. Во-вторых, зафиксировать внеблоковый нейтральный статус страны, как это прописано в Декларации о государственном суверенитете от 1990 года. И не только по НАТО, но и по другим военным блокам. В-третьих, признать актуальные территориальные изменения, точнее зафиксировать переход Крыма, Донбасса и других бывших украинских территорий в состав РФ. Нельзя забывать о таких вопросах, как денацификация и демилитаризация страны, а также предоставление русскому языку возможностей его использования на Украине.
Очевидно, что Москва может согласиться уменьшить военную активность, чтобы позволить Украине провести и выборы, и референдум. В свою очередь, украинцы ожидаемо согласятся остановить военный конфликт на любых возможных условиях.
Третий: фиксация договоренностей на уровне ООН и снятие санкций с России.
Принятие решения Совбеза ООН о признании достигнутых договоренностей и территориальных изменениях границ России и Украины. Что должно привести к снятию санкций с России. Хотя вряд ли страны «коалиции желающих» так быстро согласятся проголосовать за такие решения. С учетом того, что европейские страны – постоянные члены Совбеза ООН (Британия и Франция) – могут наложить вето на любой проект резолюции.
Естественно, что официальных подтверждений того, что параметры предложенных американской стороной договоренностей именно такие, пока что нет. Тем более известно, что дьявол, как всегда, кроется в деталях. И даже если все именно так, то пример Минских соглашений не позволяет надеяться на надежное урегулирование конфликта. Тем более что их также утверждали решением Совбеза ООН в 2015 году, но это ничем не помогло. Киев все последующие годы после их подписания тем или иным образом уходил от их выполнения.
Эксперты считают, что Зеленский отклонит предложенные пункты, потому что иначе его «сожрут» украинские боевики-националисты. Да и глобалисты не хотят, чтобы Украина прекратила воевать. Ведь всю Европу готовят к войне против России к 2030 году. Поэтому Киев будет вертеться, как уж на сковородке, но продолжит выдвигать те или иные требования и затягивать вопрос. А даже если формально согласится на что-то, то будет постоянно вставлять палки в колеса всему процессу мирного урегулирования.
Вместе с тем выполнение указанных пунктов в комплексе, может, и позволило бы найти какой-то выход из украинского конфликта, но никак не решило бы его без разрешения предпосылок его возникновения. А если ВСУ не будут значительно сокращены, то военные действия снова могут быть возобновлены на новом витке.
Агентство Bloomberg сообщило, что Россия готова остановить конфликт только на своих условиях. Требования Москвы становятся все жестче, и Россия не сомневается, что имеет военное преимущество над Украиной. По источникам агентства, нет оснований полагать, что предложения США являются приемлемыми для Кремля.
Однако самым важным для понимания реакции Киева на американские инициативы является комментарий Лондона. Бывший руководитель MI 6 Джон Соуэрс в интервью The Financial Times заявил, что мирные переговоры между Россией и Украиной могут начаться только в следующем году, а прочный мир «практически немыслим, пока Путин остается у власти». Он считает, что требования Москвы «нелепы» и возвращение к уровню боевых действий периода 2014-2021 годов – это «лучшее, чего можно достичь» в нынешних условиях.
С учётом того, что Зеленского фактически контролируют британские спецслужбы (как и его потенциального сменщика Залужного), то такое заявление ясно свидетельствовало об ожидаемом провале американских переговорщиков.
Британское издание также отметило, что Уиткофф и Кушнер привезли не так много новых идей, а скорее обновленные версии уже опубликованных документов: «Центральным вопросом является оставшаяся территория Донбасса, контролируемая Украиной». А все другие участники переговоров сомневаются, что война сможет закончится до зимы.
Переговоры в Киеве прошли в несколько этапов. Сначала американская делегация обсудила с украинскими переговорщиками возможные параметры урегулирования конфликта, которые обсуждались в Москве. Затем – в расширенном составе, где к ним присоединились советники по национальной безопасности Британии, Франции и Германии.
Интересно отметить, что украинская делегация привычно пришла на переговоры в неформальном виде. Лишь первый замглавы офиса президента Кислица надел костюм. Ну да, он профессиональный дипломат, и это практически его вторая кожа.
На конференции по результатам встреч Зеленский заявил, что Украина рассчитывает на пакет зимней поддержки от США, включая дополнительные ракеты для систем ПВО Patriot. Касательно возможных параметров мирного урегулирования он отметил: «Вопрос Донбасса – это фактически вопрос всей войны, и без сильных позиций ВСУ на фронте РФ будет выдвигать только ультиматумы… Мы договорились, что в ближайшее время Украина, Европа и Америка встретятся».
Очевидно, что Зеленский не хочет ни на что соглашаться, а намерен дотянуть вопрос до ноябрьских выборов в американский конгресс. По всем расчетам, демократы с легкостью получат там большинство и смогут оказать политическую, финансовую и военную помощь Украине. Невзирая на декларируемое намерение Трампа добиться урегулирования.
Так что челночная американская дипломатия, как и ранее, ничего не добилась. Хунта Зеленского и европейские глобалисты будут делать все для того, чтобы война продолжалась. Пока от Украины ничего не останется.
Дмитрий Шевченко
Дипломатия обреченных: Уиткофф и Кушнер уехали из Москвы с дыркой от бублика
Уиткофф и Кушнер имели в Москве очень милый, дружелюбный, пропитанный взаимной симпатией разговор с Путиным. Но вся эта «милота», скорее всего, не имеет никаких реальных шансов трансформироваться в какие-то быстрые значимые подвижки в деле переговорного урегулирования украинского конфликта.
Внезапный всплеск интереса Трампа к изрядно подзабытому им военному противостоянию, которое он когда-то обещал разрулить «за один день», логичен и понятен. У президента США на носу крайне важные для него промежуточные выборы в конгресс. В лучших советских (а также, как выясняется, антисоветских) политических традициях к «красной дате календаря» положено демонстрировать какие-то впечатляющие достижения.
Продемонстрировать их там, где он изначально собирался их демонстрировать — в Иране, — у Трампа не получается. По состоянию на начало осени 2026 года иранская авантюра хозяина Белого дома — это на одну треть «болото», на одну треть поражение, и еще на одну — крайне неубедительная «полупобеда». Поэтому-то Трамп и вспомнил о том, с чего он когда-то начинал.
Вполне возможно, конечно, что не только поэтому-то. Мы имеем полное моральное и аналитическое право предположить, что где-то в глубинах мировой политики есть некие «подводные течения», о сути которых мы можем только догадываться. Но это никак не влияет на мой общий вывод: у Путина, с его точки зрения, нет никакого резона делать Трампу подарок к его «красному дню календаря».
Обижать Трампа хозяин Кремля, естественно, ни в коем случае не будет. Добрые отношения с главой нынешней американской администрации — это важный внешнеполитический козырь российского лидера, который он намерен всячески холить и лелеять. Но между «не обижать» и «ублажать» Трампа лежит дистанция огромного размера. И в эту пресловутую дистанцию, словно в дырку от бублика, и проваливаются все усилия Уиткоффа и Кушнера.
Если смотреть на ситуацию с высоты кремлевских башен, сейчас в украинском конфликте происходит очередной значимый перелом. У России в условиях фактической самоликвидации украинской системы противовоздушной обороны из-за, так сказать, «нехватки запчастей» появилась возможность выносить на управляемой Зеленским территории все, что там можно выносить. Путин, как он прямо заявил, считает, что официальный Киев «открыл ящик Пандоры» и должен столкнуться со всеми последствиями такого шага.
По мысли Москвы, в течении осеннего и зимнего периода такое «рандеву с последствиями» должно заставить киевских лидеров пересмотреть свои переговорные позиции и сблизить их с теми требованиями, которые выдвигает Кремль. Получается, что лишать Зеленского «свидания с судьбой» — это совсем не в интересах российского руководства.
Это делает продвигаемую Трампом руками Уиткоффа и Кушнера идею как можно более быстрого окончания конфликта, с одной стороны, очень запоздалой («поезд» Анкориджа ушел и больше не вернется), а с другой — крайне преждевременной (Зеленский пока по-прежнему надувает щеки). Исходя из всего этого, можно предположить, что очередная миссия Уиткоффа и Кушнера была изначально обречена на «недоуспех».
«Недоуспехом» она, видимо, и завершилась — с упором на слово «видимо». Всегда есть шанс, что мы чего-то не знаем и что мы неправильно интерпретируем логику, которой следуют в высших эшелонах власти разных стран. Делаем в силу этих причин поправку на наше незнание. Однако видимая часть айсберга выглядит именно так, как я ее описал. Когда и если «из воды» покажется что-то еще — тогда и будем делать другие выводы.
Михаил Ростовский