В рамках второго дня государственного визита в нашу страну президент Республики Таджикистан Эмомали Рахмон вместе с президентом Республики Узбекистан Шавкатом Мирзиёевым посетил исторические достопримечательности Бухары и ознакомился с деятельностью одного из промышленных предприятий региона. Программа саммита была посвящена как культурно-историческому наследию древнего города, так и вопросам практического экономического взаимодействия.
В ходе пребывания в Бухаре главы государств осмотрели крепость Арк, архитектурные ансамбли Пои-Калян и Ляби-Хауз. Как отмечается, крепость Арк на протяжении почти полутора тысяч лет служила резиденцией правителей Бухары. Ее первые сооружения относятся к IV-III векам до нашей эры, а современный облик в основном сформировался в XVI веке. В прошлом крепость представляла собой фактически отдельный город внутри города, где располагались дворцы, административные здания и арсенал. В сообщении подчеркивается, что в разные периоды с этим местом были связаны выдающиеся мыслители и ученые Востока.
Отдельное внимание было уделено ансамблю Пои-Калян, который является одним из наиболее известных архитектурных комплексов Бухары. В его состав входят минарет высотой 45,6 метра, построенный в 1127 году, соборная мечеть, возведенная в 1514 году и рассчитанная на 12 тысяч человек, а также медресе Мир Араб, являющееся одним из авторитетных исламских учебных заведений. Величие ансамбля подчеркивают окружающая двор мечети многокупольная галерея, многочисленные колонны и особенности архитектурной композиции.
Лидеры также посетили ансамбль Ляби-Хауз, который представляет собой одну из немногих сохранившихся средневековых площадей Бухары. В центре ансамбля расположен старинный водоем, вокруг которого на протяжении веков сосредотачивалась общественная и торговая жизнь города. В состав комплекса входят медресе Кукельдаш, а также медресе и ханака Надира Диванбеги. Президенту Таджикистана была представлена подробная информация об истории памятников, особенностях архитектурного стиля, орнаментах и символике, отражающих духовные и культурные традиции региона.
В продолжение программы главы государств посетили мавзолей Бахауддина Накшбанда. В пресс-службе отметили, что этот комплекс является одной из значимых святынь исламского мира. Он сформировался на месте захоронения основателя тариката «накшбандия» и включает мавзолей, ханаку, мечети, некрополь и музей истории суфизма. Особо подчеркивалось значение духовного наследия Бахауддина Накшбанда и его учения, призывающего к трудолюбию и внутренней чистоте.
Затем состоялось посещение мавзолея Саманидов, который считается одним из древнейших архитектурных памятников Центральной Азии, построенных из жженого кирпича. Сообщается, что мавзолей был возведен в конце IX — начале X века Исмаилом Самани как фамильная усыпальница. В его облике нашли отражение как исламские традиции, так и более ранние культурные элементы. Во время посещения мавзолеев были прочитаны суры из Корана и вознесены молитвы об упокоении ушедших, а также о мире и благополучии народов двух стран.
Экономическая часть программы включала посещение фабрики «Nigora», входящей в состав хлопково-текстильного кластера «Merganteks» в Бухарской области. По данным пресс-службы, предприятие создано в рамках проекта стоимостью 35 миллионов долларов и обеспечивает полный производственный цикл — от переработки хлопкового сырья до выпуска готовых тканей и одежды. Продукция, производимая под торговой маркой «Shoyigul», экспортируется преимущественно в европейские страны, в том числе в Италию, Австрию, Великобританию и Германию. На предприятии создано 840 рабочих мест.
Главам государств представили шоурум и образцы готовой продукции. Отмечается, что фабрика оснащена современным высокотехнологичным оборудованием, соответствующим международным стандартам. В дальнейшем здесь планируется запуск производства синтетических волокон и изделий из них. В ходе посещения была подчеркнута важность расширения кооперации между ведущими предприятиями Узбекистана и Таджикистана.
На этом государственный визит Президента Республики Таджикистан Эмомали Рахмона в Узбекистан завершился. По окончании мероприятий в международном аэропорту Бухары высокого гостя проводил президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев, после чего глава нашего государства вернулся в Ташкент.
Узбекистан и Таджикистан: от «непреодолимых противоречий» до стратегического партнёрства и союзничества
Отношения между странами-соседями Узбекистаном и Таджикистаном после обретения ими независимости развивались неравномерно: от осторожного взаимодействия и взаимной поддержки — к затяжному охлаждению и жёсткой риторике, а затем к нормализации и расширению сотрудничества.
1991−1997: независимость и гражданская война в Таджикистане
После обретения независимости обе страны столкнулись с вызовами государственного строительства. Ситуацию резко осложнила гражданская война в Таджикистане (1992−1997). Узбекистан занял позицию поддержки официальных властей Таджикистана, стремясь предотвратить дестабилизацию на своих южных границах. Поддержка выражалась в политическом содействии и, по оценкам ряда источников, в определённой помощи властям в Душанбе.
В этот период контакты носили регулярный, но не системный характер — поддерживались рабочие каналы связи, координировались усилия по линии безопасности, сохранялись транспортные и гуманитарные связи.
При этом в период острой фазы гражданской войны Узбекистан минировал часть своей территории на высокогорных участках границы с Таджикистаном, где видел опасность просачивания бандформирований, а также наркотрафика.
После подписания мирных соглашений в 1997 году начался этап постепенного сближения. Именно к этому времени относится известная формула Ислама Каримова о том, что «узбеки и таджики — один народ, говорящий на двух языках», которая отражала отношения дружбы и взаимопонимания между близкими друг другу народами.
2000-е годы: институционализация разногласий
К началу 2000-х годов отношения между Узбекистаном и Таджикистаном начали системно ухудшаться. Противоречия охватили сразу несколько сфер — безопасность, экономику и использование водных ресурсов — и постепенно закрепились на институциональном уровне.
Трансформировался подход к вопросам безопасности. После серии вооружённых вылазок «Исламского движения Узбекистана» в конце 1990-х — начале 2000-х годов Ташкент начал последовательно «секьюритизировать» южные рубежи. Поэтому были усилены военное и пограничное присутствие, происходило инженерное обустройство границы. В частности, в 2001—2002 годах проводилось минирование границы. Узбекистан объяснял это желанием защитить свои территорию. При этом на минах неоднократно подрывались мирные жители.
В 2001 году был введён визовый режим, закрепивший дистанцирование между странами.
Параллельно сворачивались прежние формы регионального взаимодействия. Прекращение работы Организации центральноазиатского сотрудничества ослабило многосторонние механизмы координации, которые ранее частично компенсировали двусторонние противоречия. В результате взаимодействие всё чаще сводилось к узким прагматическим контактам либо переносилось на площадки более широких форматов.
Экономические показатели демонстрировали последствия этих процессов: товарооборот оставался на низком уровне, взаимные инвестиции практически отсутствовали, приграничная торговля сокращалась.
2010−2016: пик конфронтации
Этот этап стал наиболее сложным в двусторонних отношениях. Центральное место в повестке занял проект Рогунской ГЭС, активно продвигаемый Таджикистаном. Узбекистан неоднократно выражал обеспокоенность возможными последствиями для водоснабжения в регионе. Первый президент Ислам Каримов публично предупреждал, что водные споры могут привести к серьёзным конфликтам.
Всё это сопровождалось перебоями поставок узбекской электроэнергии в Таджикистан, регулярными проблемами в транспортном сообщении, экологическими спорами вокруг промышленных объектов, включая таджикское алюминиевое производство у границ.
С 2016 года: восстановление, нормализация и новая динамика
Переломным моментом стал 2016 год. Президент Таджикистана Эмомали Рахмон посетил похороны первого президента Узбекистана в Самарканде, что стало символическим шагом к восстановлению диалога.
С этого момента начался стремительный процесс нормализации отношений — возобновлены двусторонние визиты на высшем уровне, регулярными стали встречи в рамках региональных форматов (включая ШОС и консультации стран Центральной Азии).
Президент Шавкат Мирзиёев впоследствии рассказывал о возобновлении сотрудничества: «Раньше у нас на границе были мины. Потом мы сели вдвоём с президентом Эмомали Рахмоном, три часа вели переговоры. Мы сразу решили 99,9% проблем, которые не решались 20 лет. Потому что я знаю, что два народа должны иметь возможность ездить друг к другу в гости. Мин быть не должно. Мы — соседи», — заявил Шавкат Мирзиёев.
В марте 2018 года состоялся государственный визит Шавката Мирзиёева в Таджикистан, вследствие которого стороны взаимно отменили визовый режим. В августе 2018 года Эмомали Рахмон нанёс ответный визит в Узбекистан, в ходе которого стороны подписали Договор о стратегическом партнёрстве. А в 2024 году был подписан Договор о союзнических отношениях.
Рогунскую ГЭС, которая ранее была камнем преткновения в отношениях двух стран, Таджикистан начал строить в октябре 2016 года, а уже в 2022-м правительства Узбекистана и Таджикистана подписали меморандум о намерениях по экспорту электроэнергии с Рогунской ГЭС в летний период.
Прагматичное соседство
В 2025 году товарооборот достиг почти 1 млрд долларов, узбекский экспорт составил 683 млн долларов, импорт из Таджикистана в Узбекистан — 229,3 млн долларов. Стороны торгуют промышленными товарами, непродовольственным сырьём, минеральным топливом, оборудованием и другой продукцией.
В Узбекистане работают 410 предприятий с участием таджикского капитала (102 совместных и 308 иностранных предприятий), а в Таджикистане — 116 компаний с участием резидентов Узбекистана. Их деятельность в основном сконцентрирована на торговле, производстве строительных материалов, в пищевой промышленности, оказании транспортных и других видов услуг.
Между странами действует пассажирское железнодорожное и авиасообщение. Так, за 2025 год авиаперевозчики двух стран перевезли свыше 133 тысяч пассажиров.
В сфере энергетики поставки электроэнергии, природного газа и нефтепродуктов в Таджикистан проводятся регулярно. В июне 2021 года подписано соглашение о строительстве двух на территории Таджикистана на реке Зарафшан.
В ходе нынешнего государственного визита президента Таджикистана в Узбекистан впервые состоялось заседание Высшего межгосударственного совета. На нем стороны подтвердили намерения увеличить товарооборот до 2 млрд долларов к 2030 году, ускорить запуск приграничного центра «Ойбек — Фотехобод», модернизировать КПП и внедрить цифровую систему сертификации товаров. Кроме того, принята программа промышленной кооперации, в том числе в горнодобывающей отрасли. Подписаны свыше 15 двусторонних документов, дан старт 10 совместным промышленным проектам.
Таким образом, за три десятилетия отношения между Узбекистаном и Таджикистаном прошли путь от ограниченного сотрудничества через кризис к устойчивой нормализации и активному росту. Ключевая особенность этого процесса — смена риторики и практики взаимодействия. Долгое время в экспертной и политической среде доминировал язык конфронтации и представление о «непреодолимых противоречиях», прежде всего в водно-энергетической сфере. В последующий период этот подход относительно быстро сменился на модель прагматичного взаимодействия.
Шухрат Таджиев
P.S. В качестве небольшого комментария к историческому экскурсу об эволюции развития узбекско-таджикских отношений и посещения двумя президентами древней Бухары, хотелось бы напомнить о том, что в период натянутых отношений между Узбекистаном и Таджикистаном тогда ещё Эмомали Шарипович Рахмонов, 8 декабря 2009 года, выступая на встрече с журналистами, рассказал следующую историю: «Однажды мы были в Самарканде, я спросил у одного человека: ‘Кто ты по нации? Он смотрит на Каримова, вижу, боится его и отвечает: Я самаркандский’. Вот в таком положении там сегодня таджики». Рахмон добавил, что много спорил с Каримовым и даже несколько раз «подрался» с ним, так что их пришлось разнимать. И я сказал ему: Самарканд и Бухару мы все равно возьмем».
Нынешнее состояние узбекско-таджикских отношений, поступательная их эволюция до уровня стратегического партнёрства и союзничества, свидетельством чему стал состоявшийся визит президента Таджикистана в Узбекистан, и символичное завершение его в Бухаре, дают все основание утверждать, что подобного рода риторика осталась в далеком прошлом.