Бывший депутат Азимбек Бекназаров назвал Каныбека Туманбаева «вторым человеком во власти после президента». Это не конституционный статус и не официальная должность, а политическая оценка. Но она предельно точно описывает текущий масштаб полномочий управляющего делами президента Кыргызстана, который давно вышел за рамки классического «завхоза», обслуживающего протокол и загородные дачи.
Сегодня ведомство Туманбаева (Управделами президента КР) превратилось в колоссальный квазихолдинг, аккумулирующий стратегические активы страны. В его орбите сосредоточены не только государственные резиденции и природные нацпарки вроде «Ала-Арчи», «Каракола» или «Салкын-Төр», но и весь каркас государственных строек. Туда же перешли магистральная связь и цифра — «Кыргызтелеком», оператор межведомственного обмена «Түндүк», национализированный интернет-провайдер «ЭлКат» с сетью «Акнет», а также «Кыргыз почтасы». Финансовый и жилищный секторы замкнуты через «Кылым Банк» и монополиста масштабного строительства ОАО «Государственная ипотечная компания». Дополняют картину монополия на печать документов государственного значения и учебников через завод «Учкун», фонд перезапуска промышленности «Кыргызиндустрия» и центры обслуживания населения с регистрацией автотранспорта.
Концентрация в руках одной структуры таких объемов национального богатства требует не хвалебных отчетов, а строгого бухгалтерского аудита. На каких условиях отчуждаются земли, кто реально вкладывает деньги, почему срываются сроки и кому достаются многомиллиардные контракты?
Миф о внешнем инвесторе и земельный бартер
В октябре 2023 года, дав старт возведению пятизвездочного отеля в Кара-Ой, Туманбаев заверял, что Кыргызстан станет самой безопасной гаванью для бизнеса, где неукоснительно царит закон, подкрепив слова передачей азербайджанским инвесторам 17,24 гектара земли на Иссык-Куле. Спустя год формула разбилась о суровую практику. 11 октября 2024 года чиновник объявил арендаторам территории СЭЗ «Бишкек» об изъятии участков государством под предлогом невыполнения обязательств. Бизнесмены, заявившие об инвестициях около $25 млн, говорили об отсутствии судебного вердикта и административном давлении. В правовом государстве инвестор защищен гласной процедурой и независимой оценкой, а не единоличным заявлением управляющего делами.
Этот разрыв между словом и делом особенно очевиден в череде заявлений о зарубежных партнерах. В экологическом городе «Асман», чья госдирекция напрямую подчинена Управделами, публичные инвесторы сменяли друг друга с кинематографической скоростью. От французских консалтинговых структур с обещаниями $20 млрд до южнокорейской компании Promise Land на $1 млрд и последующих рамочных протоколов с китайскими строительными корпорациями. На поверку реальный валютный капитал так и не зашел.
Аналогичная картина сложилась вокруг нового здания Администрации президента «Ынтымак Ордо». Обществу пообещали объект без единого бюджетного сома за счет средств «инвестора», которым по факту оказался консорциум местных девелоперов («ТС Групп», структуры «Экспресс-Строй КГ»), получивших взамен 16 гектаров дорогой государственной земли на юге столицы.
История повторилась и с бишкекским ипподромом «Ак-Кула». Вместо ожидавшихся $70 млн иностранных вложений историческую городскую территорию снесли и передали под жилую коммерческую застройку подконтрольной ГИК, а новый объект строят через внутренние перераспределения бюджетных и земельных фондов. Классических инвесторов здесь заменяет либо прямой натуральный бартер «земля в обмен на бетон», либо выкачивание ресурсов из присоединенных к Управделами госкомпаний.
Спонсоры со знаком «X»
По той же формуле закрытого финансирования Управделами организует и масштабные имиджевые проекты. Под кураторством ведомства Туманбаева проходила подготовка к Всемирным играм кочевников (ВИК-2026), где бюджетные траты сопровождались непубличными сборами средств с крупного бизнеса и госпредприятий.
Следом Управделами взяло на себя организацию и обеспечение безопасности стадионного концерта колумбийской поп-дивы Шакиры на новой «Бишкек Арене». На закономерные вопросы о баснословных гонорарах звезды Туманбаев привычно ответил, что государство не потратит «ни тыйына», поскольку мероприятие организует некая «частная компания». Но именно здесь кроется системный порок созданной схемы. Когда статусное государственное ведомство привлекает неназванных «спонсоров» для покрытия многомиллионных расходов, общество оказывается перед глухой стеной. Кто эти скрытые благотворители? В обмен на какие преференции, земли или строительные подряды частный бизнес берет на себя расходы государственного значения?
В цивилизованной антикоррупционной практике понятие «анонимного спонсорства» чиновников высокого ранга считается прямой зоной риска. Скрытые финансовые инъекции неизбежно возвращаются инвесторам закрытыми госконтрактами или закрытием глаз на нарушения.
Сорванные дедлайны и миллионные дыры в аудите
Пока публичные обещания рисуют картину безупречного менеджмента, контрольные даты продолжают сдвигаться. В январе 2026 года Туманбаев уверенно заверял, что новый Ошский рынок и автовокзал введут в строй строго по графику в мае. В начале сентября риторика сменилась заявлением о 90-процентной готовности и туманных «ближайших месяцах».
Куда более тревожные факты вскрывает официальная документация. Опубликованный на портале Счетной палаты проект отчета по аэропорту Каракол зафиксировал прямое завышение компаниями цен на строительные материалы на 3,58 млн сомов. Из общего объема финансирования комплекса в 2,18 млрд сомов почти 1,3 млрд повисли в воздухе в виде дебиторской задолженности подрядчика, акты выполненных работ на момент проверки переданы не были, а ввод объекта в эксплуатацию аудиторам не подтвердили вовсе. Рекомендация Счетной палаты вернуть переплату и закрыть долг в трехмесячный срок обнажает острый финансовый кризис на объекте, презентовавшемся как образец бережливости.
Подрядный пул и перекресток интересов
Особый интерес вызывает тот факт, что задействованные подрядные организации кочуют из проекта в проект. Компания «Иншаат строй билдинг» параллельно всплыла в расследовании возведения жилого массива «Мурас» для подконтрольной Управделами Государственной ипотечной компании. Журналисты тогда выяснили, что прежний владелец «Иншаата» Эрмек Атантаев в 2022 году переоформил на себя строительную фирму «БКС», принадлежавшую до прихода на госслужбу самому Туманбаеву. Кроме того, соучредитель «Иншаата» Акбарали Абдразаков летом 2026 года был введен в состав совета директоров все той же ГИК — структуры, которая заказывает стройки и принимает решения о финансировании.
Аналогичные параллели прослеживаются и с проектом автозавода, где фигурировали нестыковки в названиях инвесторов от Hubei Zhuoyue до ОсОО «Хубэй Цзису Инвестиция», а участки выделялись компании, связанной с предполагаемыми родственниками чиновника. В баткенском кейсе, где отчитывались об экономии миллиарда сомов на снижении себестоимости домов, ключевым исполнителем выступала фирма «Аманат Строй Инвест».
Несмотря на публичные заверения главы Управделами об отсутствии каких-либо связей с подрядчиком, этот же подрядчик продолжает получать важнейшие госзаказы. В строительном реестре Госстроя по объекту заказчиком официально значится ведомственное ГП «Кыргызстройсервис», а исполнителем — все тот же «Аманат Строй Инвест».
Почему второй человек должен показать счета?
В официальной базе поставщиков фамилия Каныбека Туманбаева не значится среди участников государственных закупок. Это логично, так как крупные игроки редко оформляют контракты на свое имя, а специальные правительственные решения позволили вывести львиную долю проектов Управделами из-под общих конкурсных ограничений. Однако общая картина не оставляет сомнений в существовании замкнутой монопольной экосистемы. Управделами аккумулировало мощнейшие финансовые, земельные и инфраструктурные рычаги. Внешние независимые инвестиции заменяются бартером госземель или тайными спонсорскими взносами под крупные мероприятия. Миллиардные строительные объемы передаются аффилированным подрядчикам, руководители которых входят в органы управления профильных госкомпаний, а официальные аудиторы фиксируют завышения смет и зависшие миллиардные авансы.
До тех пор пока первичные документы не опубликованы, юридически обвинять главу ведомства в личной коррупции нельзя. Но статус негласного лидера исполнительной вертикали и декларации об «экономии каждого тыйына» обязывают сделать систему прозрачной. Управделами обязано положить на стол обществу полные сметы, финансовые закрывающие акты, имена частных спонсоров спортивных игр и концертных площадок, договоры мены элитных столичных земель и протоколы назначения подрядчиков. Иначе тезис об экономии государственных средств останется лишь ширмой для бесконтрольного перераспределения национальных ресурсов в интересах одного единственного человека. Пока лишь второго – по статусу.