Прошедшие пять лет пребывания движения «Талибан» у власти в Афганистане показали, что Кабул не порождает для соседей, в том числе для стран Центральной Азии, новых рисков и угроз. Такое мнение выразил в беседе с ТАСС доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института международных исследований МГИМО МИД России Александр Князев.
«Приход движения талибов к власти в 2021 году в основном не вызвал такого алармизма в странах региона, как это было в 1996 году, когда «Талибан» в первый раз занял Кабул, поэтому и вся сопровождавшая эти события риторика была достаточно сдержана, — сказал он, отвечая на вопрос о смене риторики в республиках Центральной Азии в отношении Афганистана с августа 2021 года. — Прошедшие пять лет показали, что само по себе движение талибов не порождает для соседей каких-то новых рисков и угроз, напротив, к нынешнему времени уже очевидно существенное повышение уровня безопасности в Афганистане, способность новых государственных институтов к тому, чтобы контролировать территорию страны и снизить присутствие международных террористических групп». Так, в качестве примера Князев привел борьбу правительственных сил эмирата с группировками «Исламского государства» и его «дочерними предприятиями».
Эксперт обратил внимание и на то, что новая ситуация в стране влечет за собой и определенную переоценку инвестиционного климата, активизировалась работа по трансафганским транспортным и энергетическим проектам. Однако, продолжил он, серьезным препятствием для их реализации выступает пока пограничный конфликт между Афганистаном и Пакистаном — при этом он не имеет никакого прямого отношения к центральноазиатским республикам. «Пока этот конфликт, напротив, стимулировал рост товарооборота между Афганистаном и странами региона», — пояснил Князев. По степени активности в конструктивной работе с Афганистаном он выделил «Узбекистан и Туркменистан, что естественно, учитывая их прямое соседство, активен и Казахстан».
Кроме того, историк напомнил, что Казахстан и Киргизия еще в 2023-2024 годы исключили движение талибов из соответствующих страновых списков террористических и экстремистских движений и организаций. «В Узбекистане и Туркменистане таких списков в открытом доступе нет (???), там этот вопрос вообще никак не артикулировался. Только в Таджикистане движение талибов пока остается в списке партий, движений и организаций, деятельность которых в соответствии с решениями Верховного суда РТ запрещена на территории Республики Таджикистан», — добавил он.
Постепенное сглаживание «шероховатостей» между Душанбе и Кабулом
Александр Князев, затрагивая эволюцию афгано-таджикистанских отношений, упомянул первый приход талибов к власти в Афганистане в 1996 году, когда «наибольшее сопротивление им оказывали формирования афганских этнических таджиков, которым Таджикистан оказывал помощь». При этом в той ситуации «в обществе возникли массовые и очень сильные настроения этнической солидарности, которые не преодолены и сейчас», отметил он, пояснив, что движение талибов в этническом плане преимущественно состоит из пуштунов. «Работа талибов по восстановлению своей государственности подразумевает развитие страны по этнократической модели, собственно, пуштуны в стране — это то, что называют «титульным этносом», само государство Афганистан еще с XVIII века создавалось пуштунами, «афганец» и «пуштун» — это синонимичные понятия», — сказал историк.
Ко всему прочему добавляется и вопрос взаимоотношений Душанбе и Кабула в религиозной сфере. Если Таджикистан — это светское государство, то в Исламском Эмирате Афганистан теократическая система. В этом плане с большим подозрением относятся в Душанбе к действиям талибов, поскольку в Таджикистане в годы гражданской войны в 1992-1997 годах одной из сторон конфликта были сторонники построения теократического государства. «Существуют опасения, что приход вооруженным путем к власти в соседней стране сторонников радикального ислама может послужить примером для местных радикалов. Такой интерес после августа 2021 года появлялся, но талибы в этой среде быстро вызвали разочарование, поскольку оказались заняты созданием собственного государства, не претендуя на экспорт своего опыта за пределы своей страны», — подчеркнул собеседник агентства.
По мнению эксперта, несмотря на ряд проблем, в целом, ситуация в двусторонних отношениях меняется, практические интересы постепенно становятся преобладающими. «После 2021 года экспорт электроэнергии из Таджикистана в Афганистан вырос в несколько раз, позитивные тенденции есть в товарообороте, сейчас обсуждается вопрос о создании торгового маршрута Иран — Афганистан — Таджикистан. Налажено антитеррористическое взаимодействие спецслужб, встречи руководителей которых становятся уже регулярными. Так что, можно говорить о том, что «шероховатости» постепенно сглаживаются», — подытожил Князев.
События в Афганистане 2021 года
Движение «Талибан» развернуло масштабную операцию по установлению контроля над Афганистаном после объявления США весной 2021 года о решении вывести из страны свои вооруженные силы. 15 августа талибы без боя вошли в Кабул, а президент Ашраф Гани уехал из страны. В ночь на 31 августа американские военные покинули кабульский аэропорт, что стало концом почти 20-летнего присутствия войск США в Афганистане. В сентябре того же года движение «Талибан» объявило состав своего временного правительства. Ранее Афганистан находился под контролем талибов в 1996-2001 годах.
P.S. Тем временем, эксперты ООН призвали международное сообщество не спешить с нормализацией отношений с властями Талибана, пока в Афганистане сохраняются серьезные ограничения прав женщин и девочек, голод и другие гуманитарные проблемы. По их оценке, при любых шагах к нормализации отношений с властями Талибана необходимо учитывать ситуацию с правами человека в стране. Особое внимание следует уделять положению женщин и девочек, которые остаются наиболее уязвимой группой из-за действующих ограничений и запретов.