Премьер-министр Армении Никол Пашинян, выступая на расширенном заседании Евразийского межправительственного совета в Чолпон-Ате в Киргизии, раскрыл коллегам, почему референдум о выборе между ЕАЭС и ЕС невозможен.
«Мы понимаем, что одновременное членство в ЕАЭС и ЕС невозможно, но сам факт принятия закона о начале вступления в ЕС означает, что Армения имеет возможность стать членом Евросоюза. Когда в перспективе Ереван будет готов к членству в ЕС — это тоже не означает, что наша страна автоматически станет членом ЕС. Для этого еще нужно согласие членов ЕС и граждан Армении. С другой стороны, невозможно вывести этот вопрос на решение граждан Армении без предварительной институциональной работы, и даже после этого необходимо будет обратиться в ЕС с официальной заявкой о вступлении в ЕС. А затем необходимо будет получить статус кандидата на вступление в ЕС», — сказал Пашинян, слова которого приводит Sputnik Армения.
Он отметил, что в текущих отношениях между Арменией и Евросоюзом нет каких-либо экономических, юридических или политических обязательств, противоречащих статусу взаимоотношений в рамках ЕАЭС. При этом премьер подчеркнул, что для Армении укрепление сотрудничества с остальными членами ЕАЭС остается внешнеполитическим и экономическим приоритетом.
Пашинян поблагодарил коллег по Евразийскому союзу за признание легитимного права Армении — впрочем, как и любой другой страны ЕАЭС — развивать отношения с различными партнерами и создавать торгово-экономические альтернативы для своей страны. Более того, добавил премьер-министр Армении, такой подход полезен для ЕАЭС, поскольку существование возможных альтернатив — это фактор, который будет содействовать конкурентоспособности и привлекательности ЕАЭС. (Источник)
Такая политическая эквилибристика, которую продемонстрировал армянский премьер перед своими коллегами пока еще по ЕАЭС, даёт повод заглянуть в политическую биографию нынешнего армянского лидера, который оказался у руля власти на переломном этапе истории современной Армении. Наша Редакция на основе материала журналиста МК Михаила Ростовского «Большой гамбит премьера Пашиняна: как побежденная Армения может вырваться из острых тисков капкана», подготовила политический портрет нынешнего главы правительства Армении, который сосредоточил в своих руках практически всю полноту власти в стране.
Первое появление Никола Пашиняна на авансцене армянской политики было очень драматичным, но, как казалось тогда, не слишком радужным в смысле его дальнейшей карьерной траектории. После официального подведения итогов выборов президента в 2008 году было объявлено, что первый глава постсоветской Армении Левон Тер-Петросян с гигантским отрывом проиграл кандидату от партии власти и получил всего лишь пятую часть голосов избирателей.
Разъяренный Тер-Петросян счел, что у него «украли победу» и, как это часто бывает в государствах с неустоявшейся политической системы решил «вернуть украденное» с помощью методов «площадной демократии». Человеком, который от имени экс-президента на месте руководил попыткой осуществить фактический государственный переворот был член предвыборного штаба Тер-Петросяна, известный своими «сенсационными разоблачениями» журналист Никол Пашинян.
Вот как то, что тогда произошло, описал в своей опубликованной в 2019 году книге «Жизнь и свобода» бывший президент Армении Роберт Кочарян: «Никол Пашинян призывает возбужденную толпу людей не поддаваться на уговоры полиции. Он кричит: «Нет, никуда не идем! Остаемся здесь, баррикадируемся!» Полицейские по-прежнему пытаются уговаривать людей: «Как же так, братцы! Мы же договорились!» … Управлять толпой остается Никол Пашинян, который называет себя главным представителем Тер-Петросяна и, ссылаясь на его распоряжения, приказывает всем оставаться на площади у посольства, строить баррикады и подручными средствами оказывать сопротивление силам правопорядка».
Под влиянием таких призывов ситуация быстро выходит из стадии «бархатной революции»: «Митингующие с готовностью отзываются на его слова и переходят к действиям: захватывают и сжигают два полицейских уазика, избив самих полицейских и похитив их табельное оружие. Затем нападают на прибывшую к горящим уазикам пожарную машину. Бросаются избивать полицейского, дежурящего у входа в мэрию. Депутат от партии «Наследие» Армен Мартиросян, вставший на его защиту, получает ножевое ранение».
После этого конституционные органы власти принимают решение взять ситуацию под контроль: «Когда внутренние войска, используя щиты и дубинки, попытались оттеснить собравшуюся толпу от мэрии, чтобы освободить заблокированный вход, они встретили яростное сопротивление. Митингующие были вооружены не только трубами и арматурой… В полицейских полетели гранаты, взрывные устройства и «коктейли Молотова». Взрывом одной из гранат был смертельно ранен капитан внутренних войск».
Как заметил еще в XVI веке изобретатель первого в мире сливного туалета и придворный поэт английской королевы Елизаветы I Джон Харингтон: «Мятеж не может кончиться удачей. В противном случае его назовут иначе». Но для Никола Пашиняна устроенный им мятеж таки закончился удачей. Сместить власть в Ереване в 2008 году у него не получилось. Однако он приобрел «ценный опыт» и вместо того, чтобы быть наказанным по полной программе, отделался легким поглаживанием по головке.
Снова цитата из книги Роберта Кочаряна: «Главное действующее лицо беспорядков у мэрии, Никол Пашинян, сумел скрыться. Его объявили в международный розыск, предположив, что он покинул Армению. Но оказалось, что Пашинян никуда не уезжал, а больше года прятался в чьей-то квартире в Ереване. Потом, видимо, ему надоело скрываться, и он сам явился с повинной. Может быть, ему пообещали, что он отсидит минимальный срок, а затем его освободят досрочно. Так и получилось».
Такая «милость природы» не могла не породить у Никола Пашиняна желание снова попробовать взять власть – на этот раз уже не для «чужого дяди» Тер-Петросяна, а для самого себя. И на следующем витке армянской политики в 2018 году он это желание удовлетворил. Ставший к тому моменту депутатом парламента Пашинян лучше подготовился, извлек уроки из своих предыдущих ошибок, придумал звонкие лозунги – и власть по большому счету сама свалилась ему в руки словно перезревшее яблоко.
В 2020 году и 2023 году Армения Никола Пашиняна последовательно проиграла две войны с Азербайджаном и в результате лишилась Нагорного Карабаха. Однако премьер-министр Армении сумел сохранить власть. Спрашивается: как и почему такое стало возможным? Лозунг «Миацума» («воссоединения» с Нагорным Карабахом) был главной или даже единственной национальной идеей Армении на протяжении трех с лишним десятилетий.
И до поражения в войне Никол Пашинян вел себя на публике как пламенный апологет этой идеи. Заявление премьер-министра Армении Пашиняна в ходе его выступления в столице Нагорного Карабаха Степанакерте в августе 2019 года: «Арцах (армянское название региона) – это Армения. И точка!» Обращение премьер-министра Армении к народу после начала военных действий с Азербайджаном в октябре 2020 года: «Мы все должны быть готовы посвятить себя единой миссии, которую мы называем окончательной победой. Каждый из нас должен быть готов быть на переднем крае этой победы. Мы победим! Мы обязательно победим! Будьте уверены: победа будет на нашей стороне!»
Уверенность в «окончательной победе Армении» оказалась миражом. Но вот лично Никол Пашинян в плане сохранения своей карьеры и в плане своего политического выживания однозначно победил. Сын простого учителя физкультуры из провинциального армянского города Иджеван с населением в меньше, чем 20 тысяч человек, оказался более умелым и изворотливым политическим игроком. За этим точно скрывается какой-то феномен, который надо изучить и понять.
Секрет выживания премьера Пашиняна
В книге известного британского специалиста по Кавказу Томаса де Ваала «Черный сад: Армения и Азербайджан во времена войны и мира» приводится следующий рассказ ставшего вскоре политическим деятелем ереванского школьного учителя Ашота Манучаряна о эмоциональном фоне массовых митингов за присоединение Нагорного Карабаха, которые захлестнули столицу Армении в феврале 1988 года:
«Атмосфера – это очень привлекательное явление. Люди начали чувствовать что-то новое – то, что стало возможным высказывать свое мнение, собираться, говорить о судьбе Карабаха…Была создана атмосфера, которая стала фантастической. Когда я говорю, что ситуация стала фантастической, я имею в виду её сходство с ситуацией, когда на площади Святого Петра Папа Римский обращается к верующим, истинно верующим…Это было нечто очень близкое к этому.
Каждый любил другого каждого. Это была атмосфера абсолютной теплоты. Если что-то с кем-то случалось, вся площадь помогала этому человеку. Мигом приносились доктора. Сильные мужчины выступали в роли носильщиков. Кто-то приносил лекарства, кто-то еще – воду». Пытаясь найти даже еще более точную формулировку для описания митинговой атмосферы тех дней, Ашот Манучарян остановился на следующей формулировке: «магнитное поле», которое засасывало в себя каждого».
Одним из очень немногих людей в Ереване, который отказался поддаваться влиянию этого политического «магнитного поля», был многолетний партийный лидер Армении Карен Демирчян. Демирчян занимал свою должность с 1974 года и пользовался в республике огромным авторитетом. Однако, как рассказывает в своей книге Роберт Кочарян, весь этот авторитет растворился буквально за несколько секунд:
«На один из этих многотысячных митингов на Театральной площади в Ереване вдруг приехал Демирчян, чтобы выступить и успокоить народ. Но когда народ начал скандировать: «Ка-ра-бах! Ка-ра-бах!» — Демирчян раздраженно бросил: «Что вы все – Карабах, Карабах? Что, у меня в кармане, что ли, Карабах, чтобы вытащить его оттуда и дать вам?» Эта катастрофическая ошибка, лишь подогревшая массовые выступления, стоила ему должности. Демирчяна отстранили с формулировкой «по состоянию здоровья».
Но вот действительно ли первый секретарь ЦК совершил «катастрофическую ошибку», сказав то, что он сказал? С точки зрения содержательной начинки политики – далеко не факт. С 1988 года по 2023 год все силы и все ресурсы Армения были направлены на «миацум». Ради Нагорного Карабаха Армения пожертвовала всем, пошла на несколько десятилетий жизни в условиях жесткой блокады со стороны нескольких своих соседей. Но все эти жертвы оказались напрасными.
На момент появления «магнитного поля» на Театральной площади в Ереване Карабах был преимущественно армянским по составу своего населения. Статистика по состоянию на 1989 год: армян – 145 тысяч человек, азербайджанцев – 40 тысяч человек. Сегодня на той же территории армян нет от слова вообще. Сделанный в 1988 году прогноз Карена Демирчяна осуществился самым драматичным и радикальным образом, какой только можно себе представить. Но многоопытный партийный лидер Армении совершенно упустил из виду эмоциональную составляющую политики.
Великому российскому историку Василию Ключевскому принадлежит еще один гениальный афоризм: «Обыкновенно женятся на надеждах, выходят замуж за обещания. А так как исполнить свои обещания гораздо легче, чем оправдать чужие надежды, то чаще приходится встречать разочарованных мужей, чем обманутых жён». Не уверен, что эта «мудрость в юмористической обертке» имеет реальной отношение к семейной жизни. Но зато она точно имеет прямое отношение к неформальным нормам и правилам функционирования больших человеческих сообществ.
Когда большие массы людей находятся в состоянии эмоциональной взвинченности, они не готовы разговаривать на «языке» рациональных аргументов. Пускай, эти рациональные аргументы абсолютно правильны и справедливы. Но если они идут «против волны», то ответом на них станет лишь раздражение, отторжение, гнев и агрессия. Политический лидер, который обладает хорошо развитой интуицией и тем, что психологи называют «эмоциональным интеллектом», хорошо понимает: пытаться «воевать с волной» — обрекать себя на политическое самоубийство.
Вместо этого волну надо пытаться оседлать, использовать в своих интересах. Вот в этом-то, по моему убеждению, и заключается главный политической секрет Никола Пашиняна. Как хорошо знают ереванские политический инсайдеры, премьер-министра Армении лишь с очень большой натяжкой можно назвать политическим менеджером и управленцем. Пашиняна тяготят детали и нюансы повседневного управления страной. Все эти обязанности уже давно де-факто делегированы одному из двух заместителей Никола Пашиняна в правительстве.
Занимающий пост вице-премьера Армении с самого момента прихода Пашиняна к власти в Ереване весной 2018 года выпускник юридического факультета МГУ Мгер Григорян считается фигурой, лишенной политических амбиций, но при этом реально выполняющей содержательную часть обязанностей главы правительства. Что же до самого Пашиняна, то иногда его сложно убедить даже вовремя подписать постановления правительства.
Что он реально любит, так это высказываться в социальных сетях или общаться на разные темы с членами собственной парламентской фракции. Еще Пашиняна нельзя назвать человеком с фундаментальным образованием или человеком, обладающим глубокими знаниями о России, других иностранных государствах, вообще о реалиях международной жизни.
Но все эти слабые места и политические «слепые зоны» Никола Пашиняна с лихвой компенсируются другими качествами – теми самыми, которых не хватило Карену Демирчяну в судьбоносном 1988 году. Прорвавшийся на самый верх из самых низов армянского общества Пашинян – это пассионарная личность с очень хорошо развитой харизмой и очень хорошо развитой интуицией. Не обладая формальными «книжными» знаниями, премьер-министр на инстинктивном уровне очень хорошо понимает армянский менталитет и армянский национальный характер.
В умелых руках Пашиняна этот менталитет и характер превращается в политический эквивалент «скрипки Страдивари». Премьер-министр точно знает, что и как надо сказать в данный конкретный момент времени, чтобы «попасть в такт» с ожиданиями своей внутриполитической аудитории.
Нельзя, конечно, не упомянуть и о том, что этот талант сочетается у Пашиняна с умением построить и грамотно распоряжаться силовым репрессивным аппаратом. Свою политическую карьеру нынешний армянский премьер начал, будучи еще школьником. Родившийся в 1975 году юный Никол Пашинян в 1988 году боролся за «миацум», организовывая «школьные забастовки, марши и демонстрации». Но вот в нынешнюю эпоху пребывания Пашиняна на вершине политической пирамиды в Ереване потенциальным «возмутителям спокойствия» из числа «политически озабоченных» школьников светит очень мало чего хорошего.
Как рассказывают знатоки армянского политического закулисья, у каждой школы в столице страны есть свой куратор из числа сотрудников органов безопасности. И это не просто формальное кураторство, а кураторство с «рукой на пульсе» в еженедельном режиме. Пашинян не стремится «возлюбить врага своего». Вместо этого премьер жестко атакует тех, кто ему противостоит – или только может ему противостоять в будущем.
Главным залогом политического выживания Никола Пашиняна было и остается его инстинктивное глубокое понимание армянского общества. После трех с лишним десятилетий борьбы за Карабах, после двух проигранных под его руководством войн Пашинян понял, что это общество устало, что оно жаждет не мести, не продолжения борьбы, не мифического реванша, а спокойствия и нормальности.
Поняв это, премьер выдвинул идею «Реальной Армении» — идею, чью суть сам Пашинян в своем обращении к народу в феврале 2025 года сформулировал так: «Реальная Армения — это Республика Армения с международно признанной территорией площадью 29 тысяч 743 квадратных километров».
Описывая дальше в этом своем обращении «идеологию Реальной Армении», Пашинян включил в неё много чего еще, включая, например, «армянскую кухню, все те образцы материального и нематериального наследия, которые выражают, изображают, описывают или символизируют вышеописанные национальные ценности армянского народа (Республики Армения)».
Но главное было все-же сказано в процитированных выше первых строках выступления премьера. И это, кстати, очень даже неплохие строки. Другое дело, что в плане практической политики интерпретировать идею «Реальной Армении» можно совершенно по-разному. В зависимости от выбранной интерпретации эта идея может привести Армению к выскальзыванию из политического капкана, в тисках которого оно по-прежнему сейчас находится. А может, к новой, еще больше страшной национальной катастрофе.