Министерство обороны Узбекистана впервые официально подтвердило поступление на вооружение ВВС республики китайских истребителей Chengdu J-10CE. В опубликованном 30 августа ролике ведомства показаны полет и посадка нескольких машин с подписью «Современные истребители на охране воздушного пространства страны». Двумя днями ранее не менее шести J-10CE было показано в праздничной трансляции государственного телеканала O’zbekiston 24 по случаю 35-летия независимости страны. Военное ведомство при этом не раскрыло число закупленных самолётов, сроки поставки и стоимость контракта. Официального подтверждения деталей сделки с китайской стороны также нет.
Поставки истребителей обсуждались более года. В июле 2025-го министр обороны Узбекистана генерал-майор Шухрат Халмухамедов подтвердил наличие «многолетнего соглашения» с КНР о приобретении самолетов, не называя их тип и количество, и подготовке личного состава. Всего, по данным пакистанского военно-аналитического издания Quwa, Ташкент мог заказать 24 J-10CE производства Chengdu Aircraft Corporation. Стоимость сделки оценивается примерно в 1 миллиард долларов, однако эта цифра официально не подтверждена.
По данным профильных оборонных изданий (Defence Security Asia, Military Watch Magazine, The Aviationist), первая партия из четырёх машин прибыла в Узбекистан в июле 2026 года. Другие СМИ, однако, сообщали, что первые два J-10CE прибыли в Ташкент ещё в июле 2025 года, а 21–22 июля 2026 года на авиабазу Карши-Ханабад прибыли ещё четыре самолёта. Ни Ташкент, ни Пекин эти сведения официально не подтверждали; на запрос профильного издания Times of Central Asia узбекское оборонное ведомство отвечать отказалось.
По данным СМИ, базируются самолёты на авиабазе Карши-Ханабад (K2) в Кашкадарьинской области — крупнейшем военном аэродроме Узбекистана с 3600-метровой взлётно-посадочной полосой, способной принимать тяжёлые самолёты. Эта информация о базировании официально не подтверждена узбекскими властями.
Появление J-10CE должно обновить боевую составляющую ВВС Узбекистана. По открытым оценкам, в наиболее боеспособной части парка насчитывается 12 истребителей МиГ-29 и 12 штурмовиков Су-25 ещё советского производства. Еще 18 МиГ-29, 26 Су-27 и 15 Су-24 числятся на хранении. Эти данные дают представление о масштабе авиапарка ВВС, однако его фактическое техническое состояние и количество самолетов, способных выполнять боевые задачи, официально не раскрываются.
Переход на китайский самолет не был единственным вариантом обновления узбекских ВВС. В 2017 году Россия и Узбекистан обсуждали возможность поставки Ташкенту многоцелевых истребителей Су-30СМ. В 2019 году российские СМИ сообщали об официальном запросе узбекской стороны на приобретение этих самолетов, в том числе с возможностью кредитного финансирования. Но после 2022 года российский военно-промышленный комплекс столкнулся с резким ростом внутреннего спроса. Глава «Ростеха» Сергей Чемезов в 2025 году признавал снижение поставок вооружений за рубеж, одновременно отмечая «опережающие отгрузки в войска». При этом экспортное направление постепенно восстанавливается: по словам господина Чемезова, с начала 2025 года российская продукция была поставлена более чем 15 странам. Тем не менее до стадии заключения контракта по Су-30СМ Москва и Ташкент так и не дошли. Не сложилась и попытка 2023 года купить французские Rafale.
Китайский истребитель уже применялся в боевых действиях. В мае 2025 года пакистанские J-10 (Исламабад получил первые самолеты этого типа в 2022 году) с ракетами PL-15 участвовали в воздушных боях с индийской авиацией. 8 мая агентство Reuters со ссылкой на двух американских чиновников сообщало, что пакистанские J-10 сбили как минимум два индийских военных самолета, а один из американских источников утверждал, что среди них был французский Rafale. Индия тогда не подтверждала эту информацию.
До получения новых самолетов Узбекистан уже имел опыт эксплуатации китайской военной техники: ранее республика закупила у КНР некоторое количество FD-2000 — это экспортный вариант китайского зенитно-ракетного комплекса HQ-9. Теперь же Узбекистан станет вторым после Пакистана подтвержденным зарубежным оператором J-10CE и первым в Центральной Азии. Интерес к машине проявляют и другие страны: 25 августа Reuters сообщило, что к подготовке проекта соглашения о закупке J-10CE приступили власти Бангладеш.
Справка: Chengdu J-10CE — экспортная версия китайского многоцелевого истребителя J-10C, разработанного и производимого Chengdu Aircraft Corporation. Самолёт относится к поколению 4+ и предназначен для выполнения широкого спектра задач, включая ведение воздушного боя и нанесение ударов по наземным целям. J-10CE оснащается радиолокационной станцией с активной фазированной антенной решёткой (АФАР). Истребитель также может применять современные авиационные средства поражения, включая ракеты класса «воздух-воздух» PL-15E. Самолёт J-10 имеет сильное сходство с израильским истребителем Lavi, разработанным Israel Aerospace Industries (IAI), производство которого было отменено после решения правительства в 1988 году. По данным зарубежных СМИ, Китай позже купил планы Lavi для ускорения разработки отечественного истребителя четвёртого поколения и модернизации своих ВВС. Средства, выплаченные Китаем, помогли покрыть расходы на прекращение проекта в Израиле. Самолёт дешевле американского F-16 и предлагается странам, которые не заинтересованы в покупке американских истребителей. Стоимость одного J-10CE оценивается в 40-60 млн долл.
Сообщения о закупке Узбекистаном китайских истребителей J-10CE могут свидетельствовать о растущей диверсификации источников вооружений странами Центральной Азии и ослаблении традиционной монополии Pоссии на этом рынке. Переход же ВВС ряда центральноазиатских республик (пока только Узбекистан) на китайские стандарты требует полной перестройки наземной инфраструктуры, закупки новых типов ракет, тренажеров и дорогостоящего обучения пилотов в КНР. Это создает долгосрочную технологическую зависимость уже от Пекина.